frisson

Неинтересные записки на салфетках

О Дереве, сексе и лирике.
keo_lj
Дорогие друзья, я наконец собралась силами, чтобы снова сказать, что я думаю по поводу творчества любимого артиста. Заранее всем доброжелателям: я не пишу о Саше в целях личного пиара, то, что я пишу не имеет отношения к моей профессиональной деятельности, я не эксплуатирую ни свой, ни ваш интерес, не получаю за свои тексты ни копейки денег, не собираю в копилку чужие эмоции, просто лишний раз напоминаю, что интернет, особенно ЖЖ, пока свободная площадка и к счстью, тут я и каждый другой человек имеет право говорить, что ему вздумается, если это не карается УК РФ или иными нормативными актами.

За сим, к делу.
1. Дерево.

То, что Саша сногсшибательно читает стихи стало ясно еще в Крокусе, и, прямо скажем, для меня лично было ожидаемо. Талант есть талант, не попишешь. В Тоннах 30 августа Дерево было таинством, было актом искусства, было куском жизни на сцене, живой эмоцией, солью. Я писала об этом еще в своем отзыве после концерта.

Дерево, прочитанное недавно в микрофон - подделка. Даже извиняться за свои слова не буду. Это иллюстрация того, что я писала в прошлом большом посте. Это грубая, осязаемая манипуляция. Манипуляция как таковая не имеет для меня негативного оттенка, если речь идет о культуре. Но вся магия и тайна рассыпается нафиг, когда все эти манипуляционные крючки становятся видны.
Нет, Сашка однозначно молодец, что прочитал этот стих, который сам по себе хорош. Но в виде текста или без того сумасшедшего порыва, который был в Тоннах, Дерево облетело листвой, осталось голыми ветками, образом, аллюзией дерева. Он молодец, что двигает собственное творчество, и большой молодец, что разрушил молчание именно творческим высказыванием.
Все. Больше мне про дерево сказать нечего.

2. Секс.

Дорогие девушки и юноши. Я давно хожу мимо этой темы, но видимо, пришел момент, когда нужно все таки сказать. Вы можете сколько угодно говорить, что я проецирую на себя, или еще что угодно. Но. В зале у Саши "девочки и бабушки" (умышленно беру в кавычки, уже много раз обсудили это), потому что у Сашки мало секса на сцене. А ведь он может. Я понимаю, каковы причины, но не буду их озвучивать вслух. Хотя...

Вот, к примеру, Малагенья с Авторадио. Чистый секс. Смешная сама по себе Носа-Носа с фестиваля Трасса - на выходе имеет вид чистого секса.
И я понимаю, почему сейчас такой несколько а-сексуальный образ на сцене. Это связано, скорее всего, с публично провозглашенным статусом "не свободен". Но это опять к вопросу о не смешивании личного и рабочего. За сценой артист может быть кем угодно - примерным семьянином или бабником, лично дело каждого, но на сцене артист-мужчина всегда должен быть несколько "не женат", специально беру в кавычки. На сцене артист имеет тысячу очков привлекательности, если создает вокруг себя атмосферу свободного мужчины. Маскулинность, не наигранный эротизм, (не как, например, в Екатеринбургской Малагенье времен Бонтура - там была пародия на эротизм), брутальность, некоторая томная такая самцовость привлекает на уровне подсознания, химиии, инстинктов. И еще раз повторюсь - это не имеет ни малейшего отношения к личной жизни артиста и тому, как обстоят дела у него дома. Это вообще табу для фан-зоны, я считаю, и более того, разглашение, во всяком случае активная демонстрация своей личной жизни должна быть ограничена и со стороны самого артиста. Все от того выиграют. Дом и семья артиста будут под защитой от чужих глаз, а фанаты (фанатки в основном) будут без зазрения совести хотеть свою звезду. У Саши этот потенциал огромен, он может иной раз выдать такой секс, что в его сторону повернутся даже самые скептические взгляды. А пока что - или невинные (ну почти всегда) девичьи взгляды или слегка материнские. Но не заинтересованные, взрослые, действительно женские взгляды. Потому что этот таинственный, иногда страдающий мальчик может вызвать боль, сострадание, восторг, катарсис, что угодно. Но не первобытный интерес, который выстраивается на уровне моментальной реакции - о, хорош, самец!
Простите за грубость речи и щепетильную тему.

3. Лирика.

Эта часть текста логично проистекает из второй. Ну откуда взяться сексу, скажите. На сцене у Сашки сейчас либо крепкая экзистенциальная лирика, что меня тянет невольно сравнивать с Бродским, либо боль, либо расколбас. Любви, как таковой, нет. "Подруга" - это не про любовь, это про некоего него, который дуракнаверное. Любовь, которая настала, к любви между мужчиной и женщиной, в Сашкином исполнении не имеет отношения. Даже Malade - это о боли, а не о любви. Лети, Человек, Москва, В Сердцах - экзистенциальная лирика. До мозга костей берущая, но не имеющая отношения к любви.
Ему как воздух сейчас нужна качественная любовная лирика от первого лица. Искренняя, не "Настоящая любовь", а что-нибудь сравнимое, например, с "Я люблю тебя больше природы". Или, кстати, с "Я ждал". Крадители, сами понимаете, в этом ряду неуместны.

Искренняя, на разрыв аорты, любовная мужская лирика с местоимением "я" - именно тот кусок, который приведет к нему и молодую аудиторию, и примирит "бабуль" с "небабулями", но это мелочи, самое главное - этот шаг сделает его сценический образ полным. Взрослый мужчина, который поет только "спасите нас, спасите вас" - это конечно круто, но оставляет смутное ощущение того, что на сцене подросток. А тот же мужчина, после экзистенциального улета в измененное состояние сознания, признающийся со сцены в любви - это взрослый мужчина.

Короче говоря, скоро весна, март с концертами, мир, труд, секс!

"Моя рыба будет жить".
keo_lj
Дочитала книгу Рут Озеки. Я... я не знаю, как начать. Ну, наверное, первое - на меня давно книги не оказывали такого воздействия. Я давно люблю японцев, а уж японцев "озападненных" читать вообще одно удовольствие, приторная экзотичность аутентичных японских авторов в них сглажена более привычным нам культурным кодом. В итоге получается неимоверно интересная литература. Когда-то для меня таким открытием стал Кадзуо Исигуро, британско-японская смесь, как я говорила про него - мята и карась.
Read more...Collapse )


(no subject)
keo_lj
такое бывает в конце весны,
в мае, когда днем жара
и можно в одной футболке,
солнце слепит в четыре часа,
дни яркие, неуловимые, как сны.
время затягивается в воронку.

и город пустой к вечеру в пятницу,
все по дачам, а ты в самом центре
мегаполиса, и холода позади,
как прошедший две недели назад грипп.
солнце катится...
садится за силуэты крыш и высоток,
пахнет пылью и кофе из летних веранд кафе
благовониями из индийской лавки,
свежестью перед собирающимся дождем.
Все уезжают, а город взмолился
останься, давай подождем.

из заката тянется холод,
промозглая ночь простудной весны.
и все позади - вся самая жгучая боль,
все разговоры не там, где надо бы, и не с тобой.
остается острое, как падающий луч,
ощущение никогда_больше
не повторяющегося счастья.
предчувствие, утонувшее в запахе
цветущего города,
вальсе Тирсена из Амели
и все хорошо, при деньгах в кармане,
не на мели,
но важнее - что снега растаяли,
смыли все то, что прежде собой замели.
и не оставили жгучей, стыдливой памяти,
болезненного страшного "мы - слабаки. не смогли"

засмеется, откинет волосы, помашет рукой,
силуэтом в контр-свете умытого дождем
ослепительного молодого солнца.
и мои 27 скоро укатятся дураком,
не оставив мне шанса на поболтать с Куртом.
к черту - кратчайшая в мире молитва,
лавина майского вечера легко
совершает то, что не имеет возможности
никогда и ни с кем другим повториться.

(no subject)
keo_lj
за тишиной, за солнцем у реки,
за хвойной красотой - беги,
беги, не прячься, не кричи,
подставь лицо в морозные лучи.

оставь в окне цветы,
дыши, встречай и расставайся,
рисуй мечты,
верь, добивайся,
иди вперед,
конечно - спотыкайся,
падай и вставай,
отряхивайся и вдыхай,
но никогда не забывай,
ты слышишь? никогда
не забывай,
что вслед за снегом будет май,
простой, как здравствуй и прощай,
с тобой и без тебя,
за веком век - все будет май.

скажи короткую молитву, когда темно,
как Хопкинсу сказал один монах:
"хер с ним", и на окно
поставь еще одно цветочное пятно.

когда светло, не забывай сказать "спасибо",
хоть небу, хоть преисподней, хоть самому себе,
и каждый раз, когда в окне красиво,
увидевший твои цветы прохожий
случайно улыбнется о тебе.

(no subject)
keo_lj
гвоздика,
мандарины,
кофе,
прикрикну
на животину:
Котя!

зима, зима, снег, снег
мороз, мороз, от себя
побег.

утро, утро, синее, синее,
господи, зачем ты нас
такими сильными.
такими красивыми.

деньги, проценты, слава,
огонек в уголке экрана
ваше сообщение
не доставлено.

одинокими, господи,
в толпе и дома.
зачем такими-то одинокими?
притворяемся, что не знакомы.

синее, темно-лиловое,
вечернее, перекрестки еловые
завалены лапами.
зачем мы, господи, ну зачем мы?
снова.
снова.

господи дай нам сил, проводи и закрой калитку.
быть счастливыми в смартфоновый век - похоже на пытку.
прекрати нас, господи, сделай другими.

сами сделаете. вас для этого сильными.

(no subject)
keo_lj
зима белая, тихо, спит.
Маргарита идет, почти бежит.
сверкают, переливаются в огненном
снежинки - алмазные ее пути.
все, Маргарита, случается вовремя,
и иначе не может быть.

полируй, Маргарита, воском
царапины на каблуках,
туфли расплавились в зимнем,
ты, Марго, потерялась в веках,
ты, главное, не забывай имя.

видишь, проходит почти все,
даже этот кровавый год.
заносит снегом аэродром,
заканчивается полет,
посадка, до новых встреч,
шарф уползает с плеч,
такси, до дому, кофе и лечь
в постель, лампу зажечь,
почитать, телефон на зарядку,
уснуть в рассвет, по порядку
расставить мысли и жизнь по утру,
не пиши, Маргарита, не пиши ему.

Данте и Воланд. Видеоверсия
keo_lj

Алиса и Пашка.
keo_lj
Инна смотрит в окно, Сережа читает журнал.
У Инны завтра в три манкюр, у Сережи аврал
рабочий. Инна с Сережей не говорят,
потому что говорить уже невозможно.

Алиса и Паша смотрят в окно.
У Алисы медведь, у Паши четыре книжки.
Алиса и Паша без мамы давно.
Не виноват никто, ну так вышло.

Инна идет в Дом, ведет за собой Сережу.
У Инны темнеет в глазах, увидела Пашу.
Сережа молчит, но Сережино сердце плачет.
Сереж, говорит Инна - если не мы, так кто же?

У Инны в глазах свет, Сережа за руку с Пашкой.
Алиса смотрит в окно, Алиса ночами плачет.
У Алисы один медведь. Ни мамы, ни Пашки даже.
Алиса смотрит в окно. Провожает глазами пташку.

Паша смеется, хватает пятерки, играет в мяч.
Инна готовит обед, Сережа читает ему сказки.
Пашка днем счастлив очень, а ночью - плач.
Сестра одна. Ни брата, ни мамы, ни ласки.

Инна мается, что с ребенком, он грустнеет.
Сережа думает, молчалив и серьезен.
Сережа берет Инну, Пашку. Они едут.
Нам без Алисы ни радости, ни светлых вёсен.

Пашка бежит навстречу, Алиса ревет сквозь смех.
Пашка, я так ждала! Пашка, у нас окотилась Муська.
Инн, она с нам жить должна, ну разлучать же их - грех
говорит Сережа. У них друг без друга не жизнь - грусть.

Алиса вырезает снежинки, клеит на окна.
Пашка разматывает с папой гирлянду.
Инна на кухне думает, наконец-то, вот оно.
Семья. Вот оно, мое долгожданное счастье.

Инна плачет, не верит своей удаче.
Господи, как тебя мне благодарить?
Я подарю им на Новый год собаку.
Господи, а ты, если можно, мне подари
хоть единственную возможность Алисе и Пашке
родить сестру. мне не важно - однозначно родную Дашку.

исповедь сына степи.
keo_lj
я был воин, мог охватить криком степь, прыгнуть в размаху в седло,
я мог говорить со звездами, у меня был пес, вернее, на половину волк.
у пса были голубые глаза, сталь в когтях и жеский загривок.
у меня была любимая, горячая как жара, как песок в пустыне, гнедая кобыла.
у меня была кожа, гладкая как шелк, у меня были руки, сильные, как у зверя.
у меня в волосах шелестели монеты, я заплетал в свои тонкие косы перья.
меня любили все женщины, я не любил ни одну, меня боялись мужчины.
я помню, как застрелил одного, подошел и пнул его голову, как скотину.
я срезал с него кошель и забрал коня - все в дом, все для своего клана,
он был враг, а я не помню их лиц и не боюсь наносить смертельные раны.
я был солнцем, что ярче любого костра, меня звали на каждый праздник,
меня почитали сильнее, чем иной сын почитает отца, я был любим всеми.
меня целовала удача, я же ее в ответ совращал и не верил в сглазы.
я спал, меня согревала шкура, мне колыбельную пел ветер. я видел сон.
рука смуглая, глаза - черные, как мои. если и любил я кого - так это он,
маленький мальчик, сияющий, ласковый, он был мне родным братом.
он был близнец, у нас однаковые сердца, у нас одинаковый на двоих голос.
он смеется во моем сне, он улыбается мне, обнимает. его забрала смерть.
двадцать лет я рос без него, он ребенком упал и разбился, а я не сберег.
все женщины и вся слава - должны бы идти на двоих, а идут на меня одного.
и я не смогу себе никогда простить, я прожил свою жизнь за него, мне много
для меня одного всего, и любви, и денег, и подмахивающей удачи, легкой дороги...
мой маленький мальчик, я слышу тебя, твой голос, и не знаю, как же мне жить
без тебя, как же теперь мне себя простить, малыш, я старею, я очень болен.
я ездил к одному шаману, он понял меня в седло, он снял судороги и боли,
он сказал мне -тебе повезло, у тебя дар, ты слышишь мертвых, а они не врут, воин.
мальчик, мой дорогой братишка, с тобой ушла половина моей души, я не волен
больше жить вот так и делать вид, что я ни в чем и не перед кем невиновен.
я не смог уследить и остановить, я старше тебя был на нескончаемых две минуты.
я видел сон. я видел брата. я вижу его каждую ночь. я слышу его днем.
я схожу с ума и чувствую себя виноватым. я проснулся тяжело дыша, слухом
улваливая первые звуки утра. я лег на шкуру, я обнял своего пса.
я был очень давно болен, я умирал. но я много сделал, я был герой, не уставал биться.
мне мой близнец тихо сказал - пошли, время увидеться. и я пошел. мне было тридцать.

(no subject)
keo_lj
если тебе хоть на секунду вдруг показлось, что я забыла
хоть что нибудь о тебе, если вдруг показалось, я забила
и переболела, тогда скажи "к черту" или перекрестись.
потому что и строки мои все - о тебе, и кисть.

?

Log in